Способов, позволяющих найти путь к Просветлению, множество. Среди них молитва и голодание, и кто-то пользуется ими очень успешно. Но путь этот суров, особенно для тех, чей рабочий день расписан по часам в электронной записной книжке и в чьи служебные обязанности входит немало бизнес-ланчей, не говоря уже о деловых встречах после работы с обязательным распитием спиртного. Так что довольно скоро не молитве, так голоданию приходится сделать ручкой.

Будда по этому поводу придерживался совершенно четкой позиции: если бы Просветление было доступно только материально обеспеченным людям, это было бы довольно несправедливо, с какой стороны ни взгляни.

Так говорил Будда, и священные тексты неоднократно подтверждают это высказывание. Работа несет с собой точно такое же Просветление, как и то что снисходит во время странствий с места на место в купальном халате, с чашей риса в одной руке и посохом в другой. Чтобы выйти за рамки этого мира, совсем не обязательно его покидать. Нужно лишь правильно воспользоваться теми орудиями, что разложены на пути у каждого из нас. Пожалуй, одна небольшая история поможет прояснить эту мысль.

Однажды утром по дороге на работу Будда заглянул в парикмахерскую чтобы слегка подправить свой внешний вид. Парикмахер, как и многие представители этой профессии, оказался любителем поболтать и пофилософствовать. Он выплеснул на Будду ушат бессмысленных анекдотов и многословных наблюдений, которые были Будде абсолютно до лампочки.

В конце одного особенно обильного и пространного словоизвержения Будда закрыл глаза и сделал один из тех глубоких очистительных вдохов, которые впоследствии стали такой важной частью его учения. Парикмахер, наконец, заметил это и в задумчивости опустил ножницы.

- О Будда, — обратился он к гигантской, глубоко вздыхающей пустоте, разместившейся в стоящем перед ним кресле. — Я заметил, что вот уже более двадцати минут я говорю не умолкая, а ты до сих пор не проронил ни слова. Не ждешь ли ты, что я сделаю из этого какой-либо вывод?

Будда улыбнулся, и его улыбка, озарившая собой всё вокруг, была истинной усладой для глаз.

- Да, мой друг, — молвил он. — Твоя работа заключается в том, чтобы стричь волосы. Моя — в том, чтобы сидеть и стричься. Видишь, как близки были бы мы к совершенству, если бы каждый из нас, не отвлекаясь, занимался своим делом.

В тот же миг парикмахеру открылась заключенная в словах Будды истина, и свершилось чудо — до самого конца сеанса он не проронил ни слова, так что Будде удалось прочесть свежий выпуск журнала "Автомобиль и водитель", а уходя, он оставил парикмахеру хорошие чаевые.

Вот видите? Именно так всё и устроено. Каждый занимается тем, чем он должен заниматься, без шума, суеты и треволнений. Тогда все станет легче и светлее. И чем светлее будет становиться мир, тем просветленнее будете вы. Довольно скоро у вас появится ощущение, что на самом деле ничего не имеет значения. Ничего, кроме работы.

На дереве поет соловей,
А что ему ещё делать?
Не нужно трех человек,
Чтобы наполнить пищей горшок для варки.
БО ХО, 342 г.

Металлург варит сталь: в процессе этого действия рождается его Просветление. Бухгалтер с головой погружается в колонки цифр и таким способом может найти свой путь к единению со Вселенной. Другие приходят к мудрости с помощью двух распространенных состояний бытия: сидения и молчания. По большей части на деловых встречах.

Сидение и молчание. Действия эти лежат в основе учения Дзэн. Они же лежат в основе выполняемой нами работы.

Поразмышляйте об этом. Мы находимся на деловой встрече. Мы сидим. Мы молчим. Разумеется, время от времени нам, по долгу службы, приходится озвучивать свои мысли, и тогда мы говорим. Потом говорят остальные. А что мы делаем, пока они говорят? Мы молчим.

По дороге на работу мы сидим в вагоне поезда или в машине, или стоим, глядя в никуда, как корова на лугу. Мы перемещаемся из одной точки в другую. И что мы делаем в этот момент? Ничего. В этом «ничего» присутствует всё.

В течение дня мы получаем послания по обычной почте и по электронной. Пока мы обдумываем их и составляем ответ, мы сидим. Мы молчим. Разумеется, время от времени в наше пространство проникают другие люди, вынуждая нас говорить или как-то реагировать на происходящее, но когда они удаляются, мы возвращаемся к своему делу, и что происходит, пока мы им заняты? Мы сидим. Мы молчим.

Мы проводим четыре-пять часов в кресле межконтинентального авиалайнера, направляясь на деловую встречу, которая, если отбросить лишние словопрения, займет от силы десять-пятнадцать минут. Мы поглядываем в окно и пытаемся решить, стоит ли смотреть фильм, который будут показывать во время полета. Мы сидим и молчим.

В ожидании транзитного рейса мы пялимся на экран свешивающегося с потолка телевизора, по которому вездесущее Си-Эн-Эн "крутит" свою долгоиграющую пластинку. Часть нашего мозга занята увлекательным сюжетом о танцующем медведе, усыновленном семьей боснийских карликов. Но, пока мы сидим, фокусируя на происходящем не более десяти процентов внимания, внутри нас, где-то в глубине, царит тишина.

В этой тишине таится освобождение. В ней таится покой. В ней — конец желаний, страстей и страданий.

Мы читаем газеты, от мнения которых зависит наша судьба. "Уолл-Стрит Джорнал" уверяет, что отрасль промышленности, в которой мы трудимся, того и гляди накроется медным тазом.

Сталкиваясь с подобной информацией в газете, служебной записке или в мессидже электронной почты, мы даем волю эмоциям. Внутри нас бушует ураган негативных чувств. Но остановитесь на мгновенье. Загляните внутрь себя. Нет ли там, в глубине, чего-то такого, чему всё это до лампочки? Конечно, есть. Именно там обретается тишина. Там обретается Будда.

Там же расположен пульт управления, позволяющий руководить и верховодить слонами как большими, так и маленькими.

И в самом деле, взгляните! Как раз сейчас один из них собирается вторгнуться в наш тихий и укромный закоулок. "У-у-у-у-у!" Он задирает хобот к небу и издает трубный звук. Возможно, чуть пританцовывая, он ломится куда попало, круша домишки местных жителей, их самих и многое другое своими широкими жесткими ступнями. Разумеется, кто-то с воплями носится вокруг слона и пытается усмирить или прогнать его — отсюда туда или наоборот. Заметьте, этот кто-то — не мы. Мы сидим. Мы молчим. Может быть, слону что-то нужно от нас по работе? В этом случае мы, конечно, делаем эту работу. После чего снова садимся и сидим в тишине. Слон удалился восвояси! А что потом?

Мы сидим. Мы молчим. И, как вода, если ей не мешать, наполняет колодец, нас наполняет ощущение свободы и силы.

Где можно обрести это спокойствие и радость?

Они заключаются — и с этого начинал сам Будда — в совершенном понимании Четырех (или Пяти) Истин. Именно на них зиждутся все те приемы, что позволят вам в будущем не только умело управлять слонами и большими, и маленькими, но с помощью которых вы сможете, пользуясь ими как рычагом, оторвать, в конце концов, слона от земли и поднять над собой.